Библиотека сайта
Статьи и книги
Документы
Лирика
Полезные ссылки
Студентам и аспирантам
Внимание, розыск!
Гостевая книга
Форум
Блог
DokuWiki
AntiSysWiki

Поиск по сайту:


Режим: "И" "ИЛИ"
Общий поиск по сайту, вики-разделам и форуму:
Гугель-поиск:
Locations of visitors to this page
free counters

Замечание об авторских правах. На представленный ниже текст распространяется действие Закона РФ N 5351-I "Об авторском праве и смежных правах" (с изменениями и дополнениями на текущий момент). Удаление размещённых на этой странице знаков охраны авторских прав либо замещение их иными при копировании данного текста и последующем его воспроизведении в электронных сетях является грубейшим нарушением статьи 9 упомянутого Федерального Закона. Использование данного текста в качестве содержательного контента при изготовлении разного рода печатной продукции (антологий, альманахов, хрестоматий и пр.), подготовке документов, текстов речей и выступлений, использование в аудиовизуальных произведениях без указания источника его происхождения (то есть данного сайта) является грубейшим нарушением статьи 11 упомянутого Федерального Закона РФ. Напоминаем, что раздел V упомянутого Федерального Закона, а также действующее гражданское, административное и уголовное законодательство Российской Федерации предоставляют авторам широкие возможности как по преследованию плагиаторов, так и по защите своих имущественных интересов, в том числе позволяют добиваться, помимо наложения предусмотренного законом наказания, также получения с ответчиков компенсации, возмещения морального вреда и упущенной выгоды на протяжении 70 лет с момента возникновения их авторского права.

Добросовестное некоммерческое использование данного текста без согласия или уведомления автора предполагает наличие ссылки на источник его происхождения (данный сайт), для коммерческого использования в любой форме необходимо прямое и явно выраженное согласие автора.

© П.Корявцев, 2005 г.

© "Теория антисистем. Источники и документы", 2005 г.

 

Павел Корявцев

На статью Дмитрия Лазарева.
 

В разделе статей для обсуждения была размещена работа Д.Лазарева «Опыт диагностики антисистем». На мой субъективный взгляд опыт получился не вполне удачным и ниже я попытаюсь объяснить почему.

В первую очередь хочется отметить как положительный момент то обстоятельство, что автор в числе немногих специалистов отмечает как значимый признак способность антисистем инкапсулироваться на длительное время («вечнозеленые» антисистемы в терминах «Философии антисистем»). Однако вместе с тем автор выдвинул несколько собственных тезисов, с которыми трудно согласиться.

Так, автор пытается доказать, что российские старообрядцы представляли собой антисистему. Не вполне понятно, правда, почему утверждается о «загнивании» старообрядчества в XIX веке, поскольку и в начале XX века колоссальные территории севера России и Сибири были заселены преимущественно старообрядцами, а официальная «синодская» церковь контролировала там только общины в административных центрах, да и то с большим трудом. После революции старообрядцы понесли существенно меньшие потери, поскольку их не затронуло «обновленчество», а общины традиционно располагались в отдалении от центров репрессий. Это позволило старообрядческим общинам сохранить до настоящего времени замечательные памятники деревянного зодчества, уникальные средневековые иконы, многие первопечатные и рукописные книги.

Автор пытается провести параллели между генезисом российского Великого Раскола и антисистемы богумилов в Болгарии. Действительно, исходным посылом и в том, и в другом случае послужил церковный кризис, «ослабление веры, разврат в структуре самой церкви, пренебрежение обрядами, их упрощение». Однако в таком случае к антисистемам можно отнести абсолютно все движения, вызванные к жизни критикой язв господствующей церкви – начиная от европейских протестантов и кончая российскими «нестяжателями», а это уже как-то чересчур. Кроме того, староверы выступили именно как защитники устоявшихся традиций, верований и обрядов, против очередной ревизии православия – уже второй за сотню лет. Людям, еще недавно пережившим изъятие «неправильных» книг и «исправление» обрядов по греческому образцу, было естественно тяжело снова отказываться от привычных и почитаемых традиций. Старообрядцы не противопоставляли себя «импортированным с Запада обрядам и мировоззрению», поскольку раскол был вызван именно попыткой в очередной раз «вычистить» из русского православия языческие пережитки, привести его к классическому византийскому канону. Староверы боролись именно с представителями официальной государственной власти, насаждавшей новые каноны веры, а отнюдь не с народом, и применявшиеся методы борьбы были вполне адекватны обстановке того жестокого века. В результате их участие во всех антиправительственных акциях за столетия приобрело форму своего рода традиции. Опять же, участие старообрядцев-предпринимателей в финансировании деятельности революционных партий не имело столь массового масштаба и было скорее данью веяниям времени. Веди никто в конце концов не рискнет назвать старовером небезызвестного Шмидта, наследство которого стало основой финансового фундамента группы Ленина-Красина-Богданова? Или староверами были эсэры-максималисты, взорвавшие дачу Столыпина?

Далее, старообрядцы никогда не представляли из себя структурно единого целого. Также, как большевики для простоты восприятия народом называли всех своих противников «белгвардейцами», так и последователи Никона называли старообрядцами как абсолютно всех остальных участников Раскола, так и некоторых сектантов. Например несторианцы строго говоря старообрядцами не могут считаться хотя бы потому, что оформились в секту за несколько сотен лет до Никона. Так в разряд староверов попали и откровенно тоталитарные секты, безусловно являющиеся антисистемами, и отказавшиеся от окормления «казенными» священнослужителями реформаторы-«беспоповцы» и многие другие, просто не признававшие за патриархом права на духовную власть над ними. К их числу относилось и большое количество представителей местных коренных народов, без особой радости принявших православие и увидевших в Расколе шанс отказаться от опеки официальной церкви, не переставая быть православными для живущих рядом русских. Как верно заметил автор, староверы в большинстве своем вели в первые десятилетия после раскола подвижнический образ жизни, осваивали для России огромные пространства северных и восточных земель, становились крепкими хозяевами, затем активно развивали мануфактуры и торговлю. Согласно исследованиям М.В.Чекурова именно староверы основали первые русские колонии на Аляске задолго до плаваний Беринга. Так что странная какая-то антисистема получается, не так ли?

Относительно же пассажа г-на Сванидзе о «Сибирской республике» можно отметить, что сей журналист-бзнесмен банально не владеет вопросом – Сибирская республика (Сибирская директория) действительно существовала некоторое время после революции, но основой ее экономической и политической самостоятельности были отнюдь не старообрядцы.

Теперь обратимся ко второму тезису автора – о том, что государство Российское после реформ Петра представляло собой антисистему. В реальности правление Петра было периодом форсированной модернизации, однако началась она отнюдь не по его инициативе. Задолго до Петра начались постепенные, эволюционные реформы, которые просто приняли обвальный характер после его единоличного воцаерния. При этом как и везде процесс реформирования сопровождался серьезными проблемами, изменением определенных стереотипов и появлением новых, определенными дисфункциями старого государственного аппарата и недостаточной эффективностью нового. Так же как в случае со староверами при таком подходе к антисистемам можно смело отнести вообще все государства, пережившие реформы государственного устройства. Что касается шишкинских признаков антисистемы, то «восприятие человека как творца истории, повелителя природы» было вообще характерно для той эпохи в Европе, если встать на точку зрения автора, то нам придется признать всю Европу XVIII века одной большой антисистемой. Затем, «неприятие истории своего народа» и его традициий отнюдь не было столь фатальным - достаточно почитать воспоминания европейцев о «Великом посольстве» чтобы понять, что русские и будучи европеизированными настолько отличались по своим поведенческим стереотипам от европейцев, что ни о каком «отторжении» русской этнической традиции не может быть и речи. Ощущение себя «себя избранным народом среди косной массы» вообще было характерно для господствующих сословий абсолютно всех государств, нередко оно встречается и сейчас, когда новые «хозяева жизни» начинают забывать о том, кто они такие на самом деле и откуда взялись. И гораздо более это ощущение было характерно для старорусского боярства, нежели чем для служилого дворянства, учитывая то обстоятельство, что в первые десятилетия после петровских реформ личное и потомственное дворянство вообще было выслужить существенно проще, нежели позднее. Отказ от феодального местничества безусловно предполагал отказ от некоторых архаичных традиций, но в данном случае необходимо было выбирать между модернизацией и сохранением уже отжившей традиции. Кроме того, служилое дворянство как сословие оформилось задолго до правления Петра, поскольку иного способа организации службы потоянной армии для России в то время просто не существовало в силу неразвитости товарно-денежных отношений. Еще Иван Грозный активно противопоставлял служивое дворянство старому боярству и удельным князьям, опираясь именно на дворян в борьбе с ними. Петр же радикально реформировал систему государственной службы, обязав дворян служить по военной, статской или придворной линии, обязав их получать светское образование. Закрепощение же крестьянства было процессом длительным, растянувшимся не на одно столетие и принявшим совершенно уродливые формы, известные нам из литературы, только при протестанстких монархах – Петре III и Екатерине II. Инкорпорирование иностранцев в российское дворянское сословие имело место и ранее, оно приняло массовый характер после петровских реформ и в принципе действительно могло приводить к химеризации, но это не дает право говорить обо всем российском дворянстве в целом как об антисистеме. При таком раскладе «антистемность дворянского сословия очевидна» похоже только автору.

Не надо забывать о том, что например в Англии длительное время существовал институт рабства, причем рабами вопреки расхожему мнению были не только негры, а рабочие руки для мануфактур получались главным образом за счет политики «огораживания» и действия «закона о бродягах». В России по крайней мере крестьянина могли выпороть за нежелание работать на заводе, но никто не развешивал таких «отказников» по всем перекресткам, хотя в других случаях головы рубили достаточно легко. Национальная политика послепетровской России также отличалась достаточной гибкостью и мало соответствовала распространенной легенде о «тюрьме народов» - достаточно вспомнить о том, что именно в это время начали активно привлекать на государственную службу представителей других народов, населявших империю (в том числе и перестали требовать принятия православия), активно взращивать местные национальные элиты. Упомянутые татары и башкиры (в основном башкиры) приняли участие в пугачевщине не столько вследствие распространения на их земли помещичьего землевладения (весьма фрагментарного в тех местах), сколько воспользовались ею как поводом поучаствовать в очередной войне против русских. И до пугачевщины периодически то башкиры вырежут казачью станицу, то казаки в отместку башкирам кренделей понавешают. Тогда же в ответ на английскую ноту была сказана замечательная фраза об «угнетении» чеченцев терскими казаками: «свобода для них – это свобода убивать и разбойничать. Отнимите у них эту свободу, и они почувствуют себя угнетенными».
Исходя из логики автора совершенно непонятно, почему он не считает антистсемой например казачье сословие? А то как же - убегали, налогов не платили (перекладывая это бремя на крестьян), грабили всех подряд, инородцев обижали, в Смуте участвовали на стороне польско-литовской химеры, по стереотипам поведения отчетливо отличались от остальных русских, да еще во всех бунтах принимали самое деятельное участие.
В целом, подводя итог можно сказать, что автор статьи оказался в плену традиционных легенд советской историографии и в силу этого сделал неправильные выводы, чему возможно немало поспособствовала и весьма искусственная и схематичная классификация антисистем по Шишкину.