Библиотека сайта
Статьи и книги
Документы
Лирика
Полезные ссылки
Студентам и аспирантам
Внимание, розыск!
Гостевая книга
Форум
Блог
DokuWiki
AntiSysWiki

Поиск по сайту:


Режим: "И" "ИЛИ"
Общий поиск по сайту, вики-разделам и форуму:
Гугель-поиск:
Locations of visitors to this page
free counters

Замечание об авторских правах. На представленный ниже текст распространяется действие Закона РФ N 5351-I "Об авторском праве и смежных правах" (с изменениями и дополнениями на текущий момент). Удаление размещённых на этой странице знаков охраны авторских прав либо замещение их иными при копировании данного текста и последующем его воспроизведении в электронных сетях является грубейшим нарушением статьи 9 упомянутого Федерального Закона. Использование данного текста в качестве содержательного контента при изготовлении разного рода печатной продукции (антологий, альманахов, хрестоматий и пр.), подготовке документов, текстов речей и выступлений, использование в аудиовизуальных произведениях без указания источника его происхождения (то есть данного сайта) является грубейшим нарушением статьи 11 упомянутого Федерального Закона РФ. Напоминаем, что раздел V упомянутого Федерального Закона, а также действующее гражданское, административное и уголовное законодательство Российской Федерации предоставляют авторам широкие возможности как по преследованию плагиаторов, так и по защите своих имущественных интересов, в том числе позволяют добиваться, помимо наложения предусмотренного законом наказания, также получения с ответчиков компенсации, возмещения морального вреда и упущенной выгоды на протяжении 70 лет с момента возникновения их авторского права.

Добросовестное некоммерческое использование данного текста без согласия или уведомления автора предполагает наличие ссылки на источник его происхождения (данный сайт), для коммерческого использования в любой форме необходимо прямое и явно выраженное согласие автора.

© А.Эгерберг, 2014 г.

© "Теория антисистем. Источники и документы", 2014 г.

 

Александер Эгерберг

О манихеизме кришнаитов

//Эгерберг А. О манихеизме кришнаитов. Лейпциг, 2014.

 

 “Ибо будет время, когда здравого учения
принимать не будут, но по своим прихотям
будут избирать себе учителей, которые
льстили бы слуху; и от истины отвратят
слух и обратятся к басням”.

Апостола Павла Второе послание к Тимофею.


Секта кришнаитов в последние десятилетия получила широкую известность, главным образом благодаря своим публичным акциям, активной прозелитической деятельности, а также участию в ряде скандальных судебных процессов. В то же время некоторые существенные моменты истории и доктрины секты по непонятным причинам остались вне поля общественного внимания. Попытаться частично восполнить этот пробел и призвана данная публикация.

Парадоксально, но даже профессиональные сектоведческие исследования не уделяют должного внимания рассмотрению генезиса доктрины кришнаитов, ограничиваясь весьма расплывчатыми и общими формулировками, или же принимая некритично мнение некоторых, зачастую ангажированных, востоковедов по данной проблеме. А между тем, вопрос весьма и весьма интересен, и заслуживает отдельного рассмотрения.

Чтобы понять, с чем мы имеем дело, рассмотрим вкратце историю секты. Как таковой оригинальный кришнаизм как течение в индуизме возник не ранее XIV века, первоначально это было одно из многочисленных направлений индуизма, избравшее себе в качестве основного объекта поклонения образ Кришны и достаточно произвольно провозгласившее его верховным божеством. В классическом индуизме, причём в относительно поздней традиции, Кришна, напротив, согласно Ригведе, не более чем неполная эманация Вишну, восьмая по счёту. С культом Кришны как полного воплощения Вишну связывал своё происхождение индийский субэтнос, называющий себя «вришни», относящийся к числу «вратьев», то есть субэтносов, не признающих традиционную индуистскую систему каст и ставящих себя вне её.

Основоположником направления поклонения «сознанию Кришны» (в индуизме в принципе малоприменимо понятие «секты» по причине отсутствия единого общепринятого канона) выступил полулегендарный бродячий проповедник Чайтанья, исторически это было последнее, пятое течение в традиционном вишнуистском бхакти («преданном служении»). Основным его тезисом, созвучным установкам современных ему лидеров европейской реформации (учение о взаимоотношениях с Богом, не опосредованных скрупулёзным следованиям принятым до того обрядам и ритуальным формальностям), было утверждение о том, что только категорической сменой парадигмы поклонения возможно освобождение от зла существующего мира. Принципиальным отличием исповедуемой им доктрины от прежнего кришнаизма вришни было то, что материальный мир однозначно признавался абсолютным злом, освободиться от которого возможно только через непосредственное общение с верховной, с его точки зрения, сущностью — Кришной, который на не вполне понятных основаниях признаётся для этих целей не ущербной аватарой, а полным воплощением Вишну, в результате замещая его полностью. Имперсонализм ведической традиции агрессивно отвергался, все традиционные ценности (включая социальные отношения и родственные связи, авторитет вед и упанишад) объявлялись ничтожными в сравнении с таким поклонением Кришне. Надо сказать, что к этому времени оформилось стойкое разделение единого некогда индуизма на четыре течения — помимо классического исходного брахманизма окончательно выделились самостоятельные культы Вишну (последователей которого принято именовать вайшнавами), Шивы и Шакти, имевшие свои особенности; последнее направление менее известно на Западе, но именно из него кришнаизм позаимствовал культ туласи (предусматривает поклонение кусту туласи как эманации самой любимой из подруг Кришны). На их фоне чайтанизм традиционно рассматривался не более, чем одно из ответвлений кришнаизма, причём достаточно маргинализированное, поскольку отвергало сложившуюся традицию, подменяя её спекулятивными наставлениями своих гуру.

Необходимо отметить, что сам культ Кришны возник в индуизме, по всей видимости, в результате активных контактов с греко-эллинским миром не ранее первого тысячелетия н. э. как адаптированная к индийским реалиям (возможно — через бактрийские эллинистические государства) калька с культа второстепенного божества греческого пантеона — Гермеса, покровителя пастухов, воров, торговцев и медиков, одновременно также покровителя изучающих сокрытые, тайные знания. Первыми его приверженцами были абхиры, автохтонное ираноязычное кочевое население южной части Бактрии, номинально подконтрольное в ту эпоху индийским правителям, а затем вынужденно переселившееся на Индостан и образовавшее отдельную касту, сохранившую внутри себя культ Кришны как компромисс с индийским пантеоном своего прежнего племенного культа. При этом современные исследователи почти однозначно утверждают, что отождествление вплоть до смешения абхирского верховного бога-пастуха Кришны с индуистским Кришной произошло относительно поздно, когда кришнаизм оказался востребован в индийском обществе как средство адаптации традиционно эзотерической индуистской философии для массового восприятия, своего рода эгалитарный индуизм. Так личность реального исторического Кришны оказалась совмещена в народном сознании с архаичным пастушеским божеством и с некоторыми аспектами греко-римского Гермеса-Меркурия (отсюда - хитрость, вороватость и лукавство, исходному индуистскому образу царя-кшатрия несвойственные).

Здесь надо упомянуть, что ортодоксальные вайшнавы Индии как правило не признают западных неофитов своими единоверцами, и ситуация иногда доходит до смешного, когда последним воспрещают посещение не только вообще индуистских, но и кришнаитских храмов в самой Индии. Причиной этого является и то обстоятельство, что западные кришнаиты-сектанты в большинстве своём не признают Вишну верховным божеством (а чаще попросту не знают, что это следует делать, чтобы претендовать на именование вайшнавов, поскольку их этому обычно не учат их «гуру»), и, хотя и пытаются мимикрировать под идеологических наследников Брахма-сампрадайи (основанной Мадхвачарьи в XIII веке и одним из ключевых аспектов предполагающей "двайта", т.е. дуализм, неустранимый разрыв между человеческим и божественным), однако самими индийскими вайшнавами или последователями этой сампрадайи за таковых не признаются, последние вообще отрицают принадлежность и обычных гаудитов к своей традиции, хотя та и послужила одной из основ для развития гаудия-вайшнавизма. Более того, даже никто из индийских духовных лидеров гаудия-вайшнавов никогда так и не признал последователей западного кришнаитского сектантства своими единоверцами, и на то есть свои веские основания, которые мы и рассмотрим далее.

Это связано с тем, что современный западный кришнаизм как секта, кроме названия, имеет не так много общего с тем традиционным индуистским кришнаизмом, как это пытаются голословно утверждать его современные адепты. Основание современному сектантскому кришнаизму было положено в 1965 году в США эмигрантом из Индии, бывшим фармацевтом-коммивояжёром Абхаем Чараном Де, с присущей ему скромностью принявшим затем сакральное имя Шрила Бхактиведанта Свами Прабхупада («шрила» - обладающий святостью, «бхактиведанта» - «любовное служение» ведической традиции, «свами» - буквально «господин», «властелин», аналог английского master, «прабхупада» - буквально «наследующий господу») с обязательным для последователей-сектантов титулованием «его божественная милость». Сам его приезд в США очевидным образом, что бы ни говорили затем его адепты, был вызван мотивами коммерческой целесообразности — реализация задуманного им коммерческого проекта создания «новой церкви» имела смысл только там, где в избытке наличествовали свободные финансовые ресурсы и уже имелась сформировавшаяся мода на всякого рода восточные культы, а также уже успели добиться значительного коммерческого успеха последователи всевозможных «бизнес-гуру». До этого Прабхупада с 1922 года состоял у себя на родине в неоиндуистской фундаменталистской организации «Гаудия матх» (полное название «Вишва-вайшнава-раджа-сабхаи Гаудия матх», известна также под не вполне корректным, но устоявшимся западным названием «Миссия Гаудия»). Эта организация была создана в 1919 году, но достаточно голословно декларировала свою преемственность с основанной ещё в 1886 году одноимённой структурой, при этом утверждалось, что она «существует вечно», и это не более чем третье её «нисхождение», постулировалось, что полулегендарный Чайтанья является «спасителем» для «эпохи Кали», отрицалось значение традиционных семьи и кастовой системы, члены организации объявлялись «превосходнейшими вайшнавами», тогда как земная жизнь не состоящих в ней приверженцев традиционного культа Вишну «незначительна». "Миссия Гаудия" первое время влачила достаточно жалкое существование, будучи по сути кружком маргинализированных интеллектуалов, получивших европейское образование и пытавшихся с переменным успехом скрестить ежа - доктрину гаудия-вайшнавов - с ужом протестансткой этики и викторианской морали, но затем её лидеры начали активно сотрудничать с британскими колониальными властями и, получив от них административные полномочия, воспользовались этим для подавления оппонентов и расширения своего влияния. При этом даже в среде гаудитов ни в одном из их основных течений-паривар - Адвайта, Гададхара, Гопала-гуру Госвами и Нитьянанда - не признавали организатора "Миссии" Бхактивинода Тхакура, его сына Бхактисиддханту Сарасвати и их последователей представителями этой сампрадайи, а те, в свою очередь, объявили всех неподчинившихся им гаудитов погрязшими в сахаджие (формализме в соблюдении норм сампрадайи). Прабхупада получил в данной организации в 1933 году сакральное имя Чарнаравинда ("бесстрашно ищущий покровительства у стоп господа") к которому в 1947 году за заслуги получил добавление Бхактиведанта, но от этого имени затем сам отказался, в "миссии" он не занимал сколь-нибудь значимых позиций, что не помешало ему затем провозгласить себя прямым духовным наследником самого Чайтаньи, якобы продолжающим прямую и непрерывную на протяжении столетий цепь «посвящённых» гуру. В 1956 (по другим данным в 1954-м, после достижения Прабхупадой пенсионного возраста, и даже в 1950-м) году Прабхупада бросил работу, свою семью (побудительным мотивом для этого стал вдвойне святотатственный, по его мнению, поступок жены — она в условиях хронического безденежья продала одну из «священных» чайтанистских книг, чтобы купить семье немного «одурманивающего для настоящего преданного» чая, в чём при этом провинились пятеро детей Прабхупады мы, видимо, так никогда и не узнаем; наверное в том, что пили этот чай) и заявил, что ему было видение, и что он является «избранным», призванным нести «сознание Кришны» в массы, однако, судя по всему, на своей исторической родине первоначально он в этом не преуспел. В Америке же дела его сразу же пошли на лад, нашлось достаточно желающих потрудиться на благо нового модного гуру. Уже в 1966 году он смог основать своё издательство, затем Международное общество сознания Кришны и, обладая определённой коммерческой хваткой, харизмой и некоторыми организаторскими талантами, сумел в достаточно короткие сроки превратить общество в процветающее коммерческое предприятие по предоставлению американцам услуг по спасению души. При этом структура бизнеса была просто позаимствована им у секты "свидетелей Иеговы", а некоторые практические приёмы - у других протестантских сект, эзотерических обществ. По всем США были основаны многочисленные общины и кришнаитские храмы-коммуны, организованы интернаты для детей и подростков. Вся эта деятельность финансировалась за счёт средств, поступавших от доверчивых неофитов, для которых условием спасения их бессмертных душ ставилось избавление от имеющихся у них греховных материальных благ в пользу Кришны (естественно в лице его «законных представителей» - кришнаитских гуру) и последующее бескорыстное служение делу Кришны, которое имеет, однако, сугубо материальное выражение — для начинающих это раздача идоложертвенной пищи, сбор пожертвований и «впаривание» на улицах пропагандистской кришнаитской литературы (главным образом адаптированного к американским мозгам перевода Прабхупады «Бхагавад-гиты» и комментариев к нему), затем «преданные Кришны» могут продолжать трудиться с обязательным перечислением значительной части своих доходов (обычно половины и более) «в пользу Кришны», в идеале «преданный» должен бросить ради спасения души семью и родных и жить при кришнаитском ашраме, отдавая в его кассу всё заработанное.

Критики секты справедливо отмечают, что распространение «вайшнавской» сектантской литературы - это отнюдь не «духовная практика», а обычный коммерческий культ, построенный вокруг бизнеса корпорации Bhaktivedanta Book Trust. Если бог всемогущ и абсолютен, то он не нуждается ни в какой помощи, тем более направленной на обогащение конкретной коммерческой корпорации, у которой есть вполне конкретные владельцы.

В 1971 году, непосредственно после продолжительного вояжа по своей исторической родине, Прабхупада посетил с миссионерской поездкой СССР, что в условиях тогдашних советских реалий выглядело полной фантастикой, однако имело достаточно простое объяснение — в то время Советский Союз активно выстраивал дружеские отношения с Индией, и любые контакты такого рода приветствовались (примерно тогда же в СССР началось широкое распространение йоги). Кроме того, кто-то из высшего руководства СССР посчитал перспективной в условиях реально нараставшей продовольственной проблемы неофициальную пропаганду особой полезности сугубо вегетарианского питания. В 1979 году западные кришнаиты даже получили отдельный стенд на Московской Международной книжной ярмарке. Но в дальнейшем бурная деятельность кришнаитских неофитов из числа совграждан в СССР вызвала пристальное внимание «компетентных органов», что вполне закономерно привело к возбуждению в отношении некоторых из них уголовных дел по ст. 227 УК РСФСР, предусматривавшей уголовную ответственность за посягательство на личность и права граждан под видом исполнения религиозных обрядов. Заметим, что судили отнюдь не всех советских кришнаитов, и не за их религиозные убеждения, как они сейчас пытаются это представлять, а вполне конкретных личностей за вполне конкретные «посягательства», и именно «под видом исполнения религиозных обрядов». Кроме того, часть советских кришнаитов, включая и первого ученика Прабхупады в СССР А.Пиняева, была не осуждена, а направлена на принудительное психиатрическое лечение с различными диагнозами (самый частый - «вялотекущая шизофрения» в терминах того времени, сейчас именуемая «шизотипическим расстройством»). Также некоторые из «советских» кришнаитов привлекались к уголовной ответственности за тунеядство - «занятие бродяжничеством или попрошайничеством либо ведение иного паразитического образа жизни» (естественный образ жизни для кришнаитского «преданного» в соответствии с предписаниями Прабхупады) и за «злостное уклонение от выполнения решения о трудоустройстве и прекращении паразитического существования». Реабилитированы они были в период 1989-1994 годов, после официальной регистрации их общины в 1988 году, в основном в связи с постепенной декриминализацией вменявшихся им уголовных составов, последними хронологически реабилитировались осуждённые по ст. 227 УК.

Скончавшись в 1977 году, Прабхупада оставил своим ближайшим последователям достаточно небедное наследство и в «греховном материальном мире» (объекты в Чикаго, Детройте и Анн-Арборе, на Гавайях, в Токио и Гонконге, в Мельбурне, Сиднее, фермерские хозяйства в Австралии, собственность в Англии, Франции, Германии, Нидерландах, Швейцарии, Швеции, Кении, на Маврикии, в Южной Африке, Мексике, Венесуэле, Бразилии, Коста-Рике, Перу, Эквадоре, Колумбии, Чили, на Барбадосе, в Гайане, Санто-Доминго, Санта-Августине, в Ванкувере, Сиэтле, Беркли, Далласе, Лос-Анджелесе, Денвере, Сан-Диего, Лагуна-Бич, Нью-Йорке, Бостоне, Пуэрто-Рико, Порт-Рояле, Сент-Луисе, в Иране, Вашингтоне, Балтиморе, Филадельфии, Монреале, Оттаве, Питсбурге, Торонто, Кливленде, Буффало, Атланте, Теннеси, Гейнсвилле, Майами, Нью-Орлеане, в штате Миссисипи, Хьюстоне, и даже на Фиджи), из-за которого «наследники» закономерно тут же «перегрызлись» между собой, хотя их «учитель» и попытался перед смертью всё поделить между ними относительно «по-честному». Вполне естественно, что затем в такой обстановке стали выплывать факты явно неблаговидной, и прямо преступной деятельности адептов секты. В частности, выяснилось (и было задокументировано в ходе официальных расследований), что несовершеннолетние воспитанники кришнаитских интернатов ещё при жизни Прабхупады систематически подвергались сексуальным домогательствам со стороны взрослых членов секты. В год смерти Прабхупады лидеры кришнаитской общины Калифорнии были приговорены к длительным срокам заключения за организацию убийств «ослушавшихся» и торговлю наркотиками, тогда же были поданы первые иски к секте от бывших сектантов, пострадавших от её деятельности. Через полтора года в Германии руководители местного филиала «Общества» были привлечены к уголовной ответственности за организацию незаконного оборота оружия (также они обвинялись в похищении несовершеннолетнего, но это обвинение было снято в связи с деятельным раскаянием), а в Японии — за организацию банды, специализировавшейся на грабежах ювелиров (лишившись из-за завещания Прабхупады контроля над коммерческими объектами в Токио, местные члены секты решили «зарабатывать» более простым способом).

Одного из авторитетных американских «гуру» секты и «наследника» Прабхупады - Киртанананду Свами Бхактипаду - за покровительство педофилии в секте попытался убить бывший кришнаит, вскоре после этого другой бывший сектант, публично обвинивший этого же «гуру» в распаде своей семьи (его жена «свихнулась» на почве кришнаизма и бросила мужа), был убит неизвестными. Одновременно с этим один из сектантов был осуждён за преднамеренное убийство другого вышедшего из секты человека. Затем и сам Киртанананда Свами Бхактипада был осуждён на 20 лет тюрьмы за вымогательство, мошенничество и организацию убийств двух сектантов (его причастность к другим убийствам и эпизодам педофилии не была доказана в суде). В 1986 году местное отделение секты по приговору суда было ликвидировано в Греции; в Германии, Франции, Бельгии и Австрии секта была признана деструктивной организацией. В 1992 году Верховный суд США признал, что администрация аэропортов вправе пресекать на своей территории деятельность кришнаитов (ранее долгие годы власти пытались этого добиться), это стало серьёзным ударом по финансовому благополучию секты, уже привыкшей регулярно «стричь» авиапассажиров.

Штатный биограф Прабхупады и один из его «законных наследников» Сатсварупа дас Госвами под давлением доказательств был вынужден признаться в том, что склонил к сожительству замужнюю сектантку. Ещё один «наследник» - Бхавананда Госвами — был изобличён в гомосексуальном насилии над детьми в сектантских интернатах и изгнан из руководства секты. «Наследник» Рамешвара Свами был изгнан из секты после того, как был уличён в систематических сексуальных домогательствах к несовершеннолетней сектантке. Аналогичные обвинения были выдвинуты в адрес ещё одного «законного наследника» - Бхагавана дас Адхикари — который после изгнания из секты стал руководителем собственной «школы сексуальной философии новой эпохи». Джаятиртха дас Адхикари, избранный Прабхупадой своим душеприказчиком, основал после его смерти собственный «культ ЛСД» и стал в результате жертвой ритуального убийства, совершённого одним из его новых «учеников».

В 1998 году один из американских учеников Прабхупады и «гуру» секты Харикеша Свами Вишнупад прямо назвал «Общество сознания» сектой и официально заявил о разрыве с ним, обвинив руководителей «Общества» в злоупотреблениях и искажении учения (объективно в последнем вопросе он был неправ, «учение» изначально не имело почти ничего общего с теми первоосновами, на которые ссылалось). Почти одновременно с этим руководители секты под давлением неопровержимых доказательств вынуждены были признать факты сексуальных домогательств и эпизодов педофилии в своих учреждениях, основанные при Прабхупаде кришнаитские интернаты в США были ликвидированы, а лидеры «Общества» принуждены были создать специальный фонд для выплаты компенсаций пострадавшим от сексуального насилия воспитанникам кришнаитских заведений.

Определением архиерейского собора Русской православной Церкви в декабре 1994 года «О псевдохристианских сектах, неоязычестве и оккультизме» было постановлено, что люди, вступившие в структуры «Общества сознания Кришны» сами «отлучили себя от Церкви Христовой». Тогда же Комиссия по медико-психологической и юридической оценке деятельности некоторых религиозных организаций под председательством заведующего клиническим отделением Московского НИИ психиатрии МЗ РФ д.м.н. профессора Ю.И.Полищука вынесла своё комплексное медико-юридическое заключение относительно результатов многолетней деятельности «Общества сознания» в России:
"1. Деятельность ... сопровождается нанесением серьёзного ущерба психическому, физическому, нравственному здоровью человека и его личности.
2. Наносимый ущерб здоровью ... проявляется в форме индуцированных бредовых, бредоподобных расстройств, патологических сверхценных идей и патологического развития личности, а также физического и психического истощения, создающих предпосылки для иных заболеваний, прекращения детородной функции человека.
3. Возникающие нарушения сопровождаются грубой семейной и социальной дезадаптацией личности, ставящей ее вне семьи, общества и государства.
4. Деятельность ... наносит выраженный ущерб здоровью вовлекаемых ... психически больных и лиц с аномалиями личности, приводя к развитию у них более тяжелых психических нарушений.
5. Деятельность ... наносит тяжёлый моральный и имущественный вред семьям людей, вовлечённых ...
6. Ущерб здоровью и личности человека наносится в результате скрытого психического насилия и манипулирования сознанием человека под видом проповедей, обрядов, ритуалов, вследствие массивных внушений в состояниях искусственно изменённого сознания вплоть до глубокого гипноза и самогипноза, наступающих в результате применения определённых психотехнических методов во время литургий, обрядов, инициаций, медитаций.
7. Деятельность учредителей .... по реализации своего права на свободу совести и вероисповедания противоречит части 3 статьи 11 Конституции РФ, определяющей, что осуществление прав и свобод человеком и гражданином не должно нарушать права и свободы других лиц."
Интересно, что после вынесения этого заключения на Российское общество психиатров было оказано прямое давление со стороны Американской психиатрической ассоциации - заправляющая всеми делами во Всемирной психиатрической организации американская структура пригрозила российским психиатрам «отлучением от кормушки», поскольку по её мнению профессор Полищук «всемирно почитаемую и древнюю ветвь индуистской религии Общество Сознания Кришны назвал тоталитарной сектой и морально её третирует»; в результате по этому поводу был даже созван экстренный пленум правления Российского общества, который поспешно отмежевался от выводов экспертизы доктора медицинских наук Полищука относительно деятельности «Общества сознания»; при этом, что характерно, аналогичные выводы тех же специалистов в отношении последствий деятельности других тоталитарных сект американскими учёными мужами не оспаривались. В 1997 году лидер екатеринбургских кришнаитов был привлечён к уголовной ответственности за организацию распространения наркотиков и заказные убийства (он оказался одновременно и одним из лидеров местного этнического преступного сообщества), а в 2000 году «мирные российские кришнаиты» привлекались к уголовной ответственности за ритуальное убийство и педофилию («Общество» сразу же открестилось от обвиняемых, назвав их «ненастоящими кришнаитами», благо «членских билетов» в этой организации никогда не предусматривалось).

Все эти криминальные сюжеты и скандалы настолько дискредитировали образ секты в общественном сознании, что её последователи с рубежа 2000-х годов предпочитают избегать даже самого термина «кришнаиты», утверждая, что их последователи на самом деле вовсе де не кришнаиты, а «вайшнавы», т. е. ортодоксальные последователи традиционного индуистского культа Вишну, одного из течений в традиционном индуизме. Иногда, впрочем, когда им предъявляют факты явного несоответствия их религиозной практики с нормальной вайшнавской, они уточняют, что являются не просто вайшнавами, а «гаудия-вайшнавами», подразумевая под этим термином, однако, отнюдь не бенгальский вишнуизм, и даже не принадлежность к сампрадайе гаудитов, а чайтанизм в трактовке «Миссии Гаудия», то есть по сути не религию даже, а идеологию конкретной организации, между прочим отрицающую не только традицию индуизма, но и авторитет ведических преданий. Но и это их утверждение не соответствует реальности, поскольку на самом деле они считают авторитетными для себя исключительно писания, комментарии и «ведические переводы» Прабхупады, «боговдохновенность» которых естественно не признают не только индуисты, но и чайтанисты, и бывшие соратники Прабхупады по «Миссии Гаудия», официально изгнавшие его из своих рядов после создания им собственной секты. Как ни парадоксально, но даже общеизвестная благодаря сектантам мантра «Харе Кришна» в действительности не принадлежит к ведической традиции. Она фигурирует только в тексте пуранического периода «Калисантарана-упанишада», который, несмотря на своё название, не входит в основные Упанишады; объективно в ведические времена вообще не предполагалось поклонение Кришне, поэтому реальные веды его и не предусматривали, в Ригведе Кришна вообще не упоминается. Кришнаитский «гуру» Шри Шримад заявлял вполне конкретно: «Существует ошибочное мнение, будто бы движение сознания Кришны представляет собой индуистскую религию,.. Иногда индийцы, живущие как в самой Индии, так и за её пределами, думают, что мы проповедуем индуистскую религию, но это не так... Движение сознания Кришны не имеет ничего общего ни с индуизмом, ни с какой-либо другой религиозной системой... Люди должны понять, что движение сознания Кришны не проповедует так называемую индуистскую религию». Сам Прабхупада также прямо утверждал: «Мы не имеем ничего общего ни с индуизмом, ни с буддизмом. Мы учим истине, и если Вы искренни, то примете её» (т. е., все, кто не намерен верить Прабхупаде сразу же огульно объявлялись как минимум «неискренними»). Забавно на этом фоне, что современные сектанты-кришнаиты с совершенно честными лицами утверждают, как уже говорилось, о тождественности культа их секты с чайтанизмом, кришнаизмом и неким «бенгальским вайшнавизмом» одновременно. На деле же вишнуизм в Бенгале, хоть и имеет свои локальные особенности, не выделяет себя из общеиндуистской традиции; чайтанизм, как было уже сказано, является одним из маргинальных течений в ортодоксальном индийском кришнаизме, а западные кришнаиты-сектанты из «Общества сознания» на самом деле имеют к индийскому кришнаизму и вообще к традиционным индийским верованиям примерно такое же отношение, как, скажем, хлысты к православию, исмаилиты - к шиизму, или мормоны — к англиканству, о чём совершенно открыто свидетельствовали их же духовные авторитеты. Собственно термин «гаудия» в приложении к вишнуизму обозначает именно его бенгальскую разновидность (производная от древнего исторического названия Бенгала - «Гаудадеша»), а гаудия-вайшнавизм - принадлежность к конкретной сампрадайе, однако в сектантской терминологии, вошедшей затем в лексикон западных исследователей, термин «гаудия-вайшнавизм» применяется для обозначения чайтанистской идеологии упомянутого общества «Миссия Гаудия», которая, однако, отнюдь не тождественна идеологии хронологически существенно более поздних писаний Прабхупады. Духовные учителя этого общества, при всех его идеологических особенностях, несовместимых с классическим индуизмом и ведической традицией (отрицание в исповедуемом ими чайтанизме авторитета вед, упанишад, кастовой системы и социальных институтов, вплоть до института семьи и брака), всегда при этом искренне демонстрировали исключительное религиозное смирение, что разительно контрастировало с агрессивной гордыней Прабхупады и его последователей, цинично именующих при этом Чайтанью своим «господом», а себя — его «верными последователями».

В 1997 году в Белоруссии государственная регистрация секты была аннулирована на основании экспертного заключения, в котором говорилось, что деятельность секты направлена на разрушение семьи, социальных связей, национальных традиций и культуры. Кроме того отмечалось, что следование заветам секты ведёт к патологиям в физиологическом и психическом развитии у молодых адептов, блокированию полностью рационально-логического мышления, разрушению всех творческих потенций, нравственных, правовых, эстетических норм и ценностей, воли, целеустремленности личности; разрушающе действует на физическое и психическое состояние, влечёт перестройку всей эмоционально-психической сферы у сектантов, "разрушительно воздействует на физиологию и психику человека. Человек утрачивает способность нормально анализировать и предвидеть результаты своих поведенческих актов", воспитывает ненависть и презрение ко всем не членам секты; обязательное для адептов повторение кришнаитских мантр ведет к формированию в сознании функциональной системы, аналогичной наркотической, устанавливается зависимость, аналогичная абстинентному синдрому; постоянно вызываемые состояния транса прерывают физиологические процессы в организме в целом и в головном мозге, а «практика секты направлена на установление тотального контроля над личностью».

В сентябре 2012 года Межправославное совещание центров по изучению новых религиозных движений и деструктивных культов в сербском Нови-Саде специальным определением официально охарактеризовало переводы Прабхупады как сектантские тексты, содержащие «много высказываний, которые могут быть расценены как человеконенавистнические, дискриминационные, унижающие честь и достоинство человека, оскорбляющие его религиозные чувства», при этом особо подчёркивалось, что "речь идет только о комментариях Прабхупады, а не о классическом индийском эпосе, входящем в сокровищницу мировой литературы".

В последние годы на постсоветском пространстве и среди русскоязычных диаспор сектантами-кришнаитами предпринимаются немалые усилия к тому, чтобы дистанцироваться от негативных эпизодов в истории секты и сформировать её положительный образ в массовом сознании. Для этого, в частности, широко распространяется информация о том, что якобы кришнаизм и православие, вопреки упомянутому соборному постановлению, отнюдь не являются взаимоисключающими, русскоязычные кришнаитские масс-медиа стали регулярно включать в свои программы «православные» блоки в экуменической подаче. Лидеры общины местами отказались от практики чрезмерно агрессивного навязывания пропагандистской литературы и сбора пожертвований на улицах, а также прямого вытягивания материальных средств из рядовых сектантов, эти процессы приняли более цивилизованные формы, уже схожие с обычными коммерческими культами (плата за участие в мероприятиях, покупка «кришнаитских» товаров), хотя бухгалтерия секты по-прежнему остаётся абсолютно непрозрачной, а пожертвования обычно «рассасываются» совершенно нечувствительно для большинства сектантов. Не вводилась в России, за редким исключением, и практика поклонения идолам Прабхупады после его смерти (однако, был достоверно отмечен такой случай в Перми), хотя молитвы ему некоторые российские «преданные» демонстративно возносят при каждом удобном случае. Не менее забавно, что кришнаиты-фундаменталисты, поклоняющиеся Прабхупаде как живому богу на Земле, при этом считают тех, кто выступает за «гуманизацию» кришнаизма (отказ от слишком уж явного идолопоклонства, агрессивных публичных акций и обязательных поборов) «вероотступниками».

Но при всех кризисных явлениях в самой секте она неожиданно для многих получила «крепкий тыл» на своей исторической родине, в Индии. Интересно, что практически синхронно с созданием в США «Общества» в самой Индии организационно оформилась экстремистская структура индуистских фундаменталистов «Вишва хинду паришад», официально ставящая одной из своих целей насильственное обращение представителей других конфессий Индии в индуизм (заметим, что великий Махатма Ганди был убит в 1948 году именно индуистским фундаменталистом, связанным с предтечами данной организации). Боевое молодёжное крыло этой организации в 1990-х годах «отметилось» серией зверских преступлений против христиан в Индии (садистские убийства взрослых и детей, изнасилования, погромы). После кризиса 1980-х годов сектанты-кришнаиты установили тесные отношения с данной организацией и стали одним из основных её спонсоров, получив взамен возможность развернуть сеть своих учреждений уже в самой Индии, где им в силу местной специфики не угрожают никакие скандалы. После прихода профундаменталистских индуистских партий к власти в Индии, с конца 1990-х годов, секта пользуется стабильной поддержкой представителей официальных индийских властей как в самой Индии, так и за её пределами, в 1998 году она получила свой культовый комплекс в столице Дели. Одновременно с этим современные сектанты-кришнаиты в своей деятельности вплоть до последнего времени поддерживали «рабочие контакты» с такими одиозными деструктивными течениями, как муниты, сайентологи и множество иных более мелких псевдохристианских и оккультных структур.

Обратимся к идеологическим основам учения секты. Как уже было сказано, фактически «священным писанием» для современных сектантов-кришнаитов являются (что они сами очень не любят признавать публично) однозначно отнюдь не сами ведические тексты, а произвольные комментарии на них «его божественной милости» Прабхупады, обычно имеющие весьма отдалённое отношение к комментируемому предмету, как, впрочем и сами «переводы», имеющие право называться таковыми весьма условно, поскольку подмена понятий в процессе «перевода» практиковалась самим Прабхупадой достаточно систематически. Очень существенны для понимания сущности исповедуемого сектантами-кришнаитами культа такие комментарии, как «Кришна, будучи Всевышним, может быть более вероломным, чем любой простой человек», «если Кришна решит обмануть человека, то никто не сможет превзойти Его в коварстве». Персонаж, предстающий во всех этих фрагментах, вполне легко узнаваем для любого христианина. Ортодоксальные кришнаиты обычно пытаются объяснить отнюдь нелицеприятные похождения своего «верховного божества» (блуд, обман, немотивированные убийства, иные преступления, более приличествующие заурядному социопату, нежели «верховной личности») стандартным контраргументом — якобы заведомой «непознаваемостью» для простых смертных «трансцендентных игр» Кришны. Однако прямое утверждение того же Прабхупады, что «...смерть - это Сама Верховная Личность Бога» должно заставить задуматься любого непредвзятого читателя его опусов.

Современные сектанты-кришнаиты утверждают, что их религия якобы является монотеистической, поскольку все абсолютно божества индуистского пантеона (и, шире, вообще все боги всех народов) с их точки зрения являются не более чем эманациями Кришны, что по сути является индуистским монизмом. Но в то же время отправление культа секты предусматривает безусловное поклонение идолам этих индуистских божеств, принесение им жертв и прочие ритуалы, характерные для обычного идолопоклонничества. Именование в данной ситуации некоторых из индуистских божеств «полубогами» в кришнаитской сектантской доктрине, ведущее своё начало от спекулятивных переводов ведических текстов Прабхупадой (Ригведа же прямо и недвусмысленно говорит о равенстве богов, никаких "полу-" настоящая ведическая традиция не предусматривает), такое именование является не более чем жонглированием терминами, поскольку поклонение им в сектантской практике ничем не отличается формально от поклонения Кришне, а, значит, по сути, культ секты является обычным политеизмом, просто место верховного божества в нём занимает Кришна (кришнаиты произвольно присвоили ему эпитет "махадева", т.е. "великий бог", в традиционном индуизме принадлежащий вообще-то Шиве). С точки зрения представителей традиционных ислама, христианства, иудаизма и буддизма это — обычное язычество, хотя и модернизированное на потребу времени. В связи с этим интересно отметить, что после смерти Прабхупады в некоторых контролируемых «Обществом сознания» общинах был введён ритуал обязательного поклонения его скульптурному изображению, т. е. идолу, затем кое-где к таким идолам добавились и идолы его «официальных духовных учеников» (только через десять лет, в 1987 году «Общество» приняло решение о недопустимости такой «духовной» практики и постановило всё-таки убрать из храмов идолы «учеников», многие из которых успели себя скомпрометировать к тому времени).

Интерес представляет то обстоятельство, что в буквальном переводе с санскрита имя верховного божества кришнаитов означает «тёмный», «серый» (в древнебалтских языках krisnan - «чёрный»). Это является прямой калькой используемого в православии в быту эвфемизма «серенький», служащего уже длительное время иносказательным обозначением врага рода человеческого. Нельзя не упомянуть в связи с этим, что в классической индийской буддистской традиции Кришна — глава армии «тёмных» демонов, извечно противостоящей Будде и его последователям. Собственно, и сам сектантский Кришна не особо скрывает своей истинной природы, в канонической для кришнаитов «Бхагавад-гите» в «переводе» Прабхупады он прямо заявляет: «Я - ... бог смерти... Я - всепожирающая смерть... Я есть … великий разрушитель миров, и Я пришёл сюда, чтобы уничтожить всех людей». Всепроникающая пантеистическая форма Кришны у сектантов именуется Вишварупой («принимающий любые формы», сравните с библейским «...он есть Ложь и Отец Лжи...»), тогда как в ведической традиции Вишварупа — это падший бог, перешедший тайно на сторону демонов, демон-похититель коров, побеждённый Индрой. Занятно в связи с этим, что у бенгальских мусульман в арабском написании имя кришнаитского «господа» Чайтаньи читается как «шайтани», или просто — шайтан. А в кришнаитской космологии семь «планет» составляют «подземное райское царство» (разумеется, в трактовке Прабхупады) била-сваргу, но при этом некоторые из них почему-то населены демонами — вот такая вот интересная во всех отношениях локализация кришнаитского рая...

Для обоснования права Прабхупады произвольно переводить, толковать и комментировать ведические тексты в секте используется концепция парампары, т. е. якобы существующая извечно преемственность линии устного предания от учителя к ученику, а поскольку Прабхупада выстроил такую непрерывную линию от себя до «господа» Чайтаньи (не оставившего после себя письменных памятников, так что вещать от его имени можно вообще что угодно, даже без «переводов»), а тот, в свою очередь, был по прямой линии учеником самого Кришны, то и слова Прабхупады равноценны словам самого Кришны через Брахму. У кришнаитов-сектантов парампара это «бесконечная модификация истины» - сегодня истина одна, а завтра совсем другая, как захочется гуру, поскольку он является «законным представителем Кришны»; «Прабхупада, как ачарья, мог направить эту парампару как угодно в соответствии с эпохой его прихода». Современным же западным проповедникам кришнаизма этот принцип позволяет нести любую околесицу под видом «древних ведических знаний», которые они якобы почерпнули в неких таинственных санскритских писаниях или у не менее таинственных «наставников». Показательны высказывания современных российских проповедников кришнаизма, один из которых, к примеру, что называется «на голубом глазу» заявил внезапно на одном из своих публичных выступлений, что, якобы, ни много ни мало 70% жителей Санкт-Петербурга являются психически больными. Разумеется, не утруждая себя при этом хоть каким-то обоснованием такого «чудесного откровения». Реакция слушавшей его аудитории была не менее показательной: ни одного возражения или возгласа возмущения на столь смелое утверждение их «гуру» не последовало. А в своём неприятии потребления «одурманивающих веществ» (будет уместно вспомнить тут многочисленные скандалы, связанные с кришнаитской наркоторговлей) российские сектанты дошли, что называется, до «нужной кондиции», внеся в категорию «одурманивающих» вслед за обычным чаем такие напитки, как кефир и традиционный русский квас.

Парадоксально, но термин «ведический» современные кришнаиты-сектанты вообще используют главным образом спекулятивно, поскольку они декларативно относят себя к последователям вайшнавов-гаудитов, которые вполне официально не признают вообще авторитета вед и упанишад, для которых священными являются исключительно их собственные герметические полумистические писания последователей Чайтаньи XVII-XVIII веков. Вот такой вот забавный парадокс получается. И реальная ведическая кулинария, к примеру, вообще не предполагает однозначного запрета на употребление любого мяса, и говядины в частности(есть запрет на забой коров помимо определённых случаев, но это уже несколько иное, не так ли?). Из текстов Ригведы очевидно, что арии употребляли в пищу мясо, в том числе и говядину, а также конину, баранину, козлятину, буйволятину. Мясо также приносилось в жертву богам, его ели и брахманы: «Ведь мне готовят сразу пятнадцать–двадцать быков, затем я ем также жир. Мне наполняют обе стороны живота», то же самое излагалось и в упанишадах: «И если он желает: «Да родится от меня ученый, прославленный, посещающий собрания, говорящий приятные речи сын; да будет он изучать все веды и достигнет полного срока жизни», – то, сварив рис с мясом, пусть, они едят его вместе с очищенным маслом. Поистине, тогда они смогут родить – с помощью мяса бычка или быка». В сутрах, посвящённых домашнему ритуалу, мясная пища упоминается как самая обычная для индийцев того времени: «Поводы для забоя коровы: гость, жертвоприношение предкам и свадьба...», «...на одном огне пусть он готовит рисовую кашу и мясо, перемешивая их по отдельности справа-налево двумя черпаками». На ведической церемонии аннапрашана отец кормил ребёнка «мясом птицы бхарадваджи, если желал для него плавности речи, мясом птицы капинджалы и маслом – если хотел изобилия еды, рыбой – если хотел быстроты, мясом птицы крикаша, смешанным с мёдом, - если хотел долгой жизни, мясом ати и куропатки – если хотел священного блеска, маслом и рисом – если хотел великолепия, простоквашей и рисом – если хотел большого ума, и всем вместе – если хотел всего этого для ребёнка». Некоторые шастры весьма резко отзываются о вегетарианстве: «Невареное мясо в сыром или сушеном виде они должны продавать. Пахтание они должны отдавать собакам и свиньям». Таким образом , индийцы не были вегетарианцами во времена, когда складывалась ведическая традиция и в период создания сутр, они не воздерживались от мясной пищи, если она приносила им физические и духовные силы. Частичное распространение вегетарианства среди индуистов в более поздний период произошло благодаря влиянию буддизма и, главным образом, джайнизма с его доктриной ахимсы, ненасилия. Относительно массовым вегетарианство стало в царствование принявшего буддизм царя Ашоки, когда был запрещён забой многих видов домашнего скота, но и долго после него мясная пища оставалась традиционной в касте кшатриев. Даже в Махабхарате вегетарианство приветствовалось, однако и употребление мяса находило себе место.

В то время как в ведической традиции состояние плода в утробе матери сопоставляется самадхи (а в йоге есть основанные на этом сопоставлении практики), Прабхупада учил своих адептов: «Получая питательные вещества из пищи, которую ест мать, и напитков, которые она пьет, плод постепенно растет. При этом он все время находится в смрадной утробе, заполненной мочой и калом и являющейся рассадником глистов и других червей. ... Оказавшись в утробе матери, в месиве из крови, мочи и испражнений, корчась от жара огня пищеварения, горящего в материнском желудке, и страстно желая вырваться оттуда, он считает месяцы и молит Бога...». А родившись, ребёнок становится «побочным продуктом тела» по мнению того же Прабхупады : «... побочные продукты тела, а именно дети... Человек, который... считает побочные продукты тела своими родственниками, ... должен считаться подобным ослу». «Человек имеет право зачать сотни детей..., но только при том условии что сможет воспитать всех своих детей в сознании Бога. В противном случае, зачиная детей, он мало чем отличается от свиней. Свиньи в этом отношении даже более искусны, чем люди, потому что в одном приплоде свиньи может быть до двенадцати поросят, тогда как у человека, как правило, рождается только один ребенок». Таким образом, в секте допускается деторождение только при условии последующего воспитания детей исключительно в духе преданности секте и её учителям, появление же на свет обычного человеческого потомства (не сектантского) видите ли «мало чем отличается от свиней».

То есть «ведическая традиция» в кришнаитском представлении это не более чем синкретическая сектантсткая трактовка, не имеющая ничего общего с реальной традиционной культурой вед, в чём легко может убедиться любой мало-мальски владеющий санскритом читатель. На самом деле ещё Прабхупада говорил: «Просто оставьте общение с негодяями. [Индуисты] все ... негодяи. Это мы заявляем открыто. Итак, мы должны оставить общество этих негодяев. Если мы на самом деле серьёзны в том, чтобы развиваться в сознании Кришны, мы не должны общаться с ними. Мы не должны их даже приглашать. Также мы не должны принимать их еды...», и «Господь Шри Чайтанья Махапрабху пришёл в Южную Индию, чтобы наставить ее жителей. Хотя эти люди были сильны, подобно слонам, они оказались в пасти крокодилов таких философских систем, как буддизм, джайнизм и [индуизм]. Диском Своей милости Шри Чайтанья освободил всех этих людей, обратив их в вайшнавов, преданных Господа». При этом основатель «Миссии Гаудия» Бхактивинода Тхакур писал, что традиционные веды якобы «искажены», поскольку не соответствуют его учению: «В действительности, эта философия — замаскированный буддизм, ее цель — сбить с толку глупцов... Шанкара повсюду распространил это ложное учение.»; такое утверждение более чем странно, поскольку ведическая традиция возникла явно раньше буддизма, но оно же и дезавуирует постоянные кришнаитские апелляции к авторитету вед — в действительности чайтанизм отнюдь не мог способствовать «обращению в вайшнавов» просто по самой своей сути.

Судя по всему, единственным первоисточником возникновения сампрадайи кришнаитов-чайтанистов в средневековой Индии могла стать бенгальская община индийских исмаилитов. Здесь следует сделать необходимое отступление, чтобы пояснить, о чём именно идёт речь. Исмаилизм первоначально образовался как маргинализированное нонконформистское течение в раннем исламе, возникшее в Аравии под формальным предлогом конфликта относительно духовной преемственности потомков пророка Мухаммеда, но затем вобрал в себя практически все малочисленные местные маргинальные структуры - представителей эллинистических гностиков, иудейских каббалистов-мистиков, раннехристианских сектантов и последователей разгромленных повсюду в исламском ареале манихеев, став для всех них своего рода идеологическим прибежищем, вскоре они подмяли под себя исходный исламский субстрат течения и стали главенствовать в нём, не меняя при этом «вывески». Затем к ним присоединились также разгромленные повсюду в Персии маздакиты, идейные наследники манихейства. Апофеозом этого процесса стали надругательства последователей исмаилизма — карматов — над святынями ислама и прямой отказ исмаилитов от соблюдения норм шариата, традиционного исламского права.

Исмаилизм очень многое позаимствовал из манихейства, что дало право некоторым из исследователей и оппонентов трактовать его отдельные средневековые формы не как обычную исламскую секту, а как мусульманскую адаптацию манихейства. И действительно, подобно тому, как манихеи не признавали Ветхого Завета и утверждали, что Новый Завет был «неверно понят» первыми последователями Христа, исмаилиты учили, что Коран надлежит понимать иносказательно, а не буквально — помимо экзотерического значения, доступного всем профанам (т. н. захир) у него есть и эзотерическое (т. н. батин), которое могут растолковать настоящему верующему только особые посвящённые, аналогично тому, как "ведические знания" кришнаитов имеют право на существование только в трактовке "гуру". Принцип допустимости и даже обязательности сокрытия своей веры (в то время как в прочих конфессиях открытое исповедание символа веры является предметом гордости) также был позаимствован исмаилитами у манихеев, вследствие чего формальная перемена веры не имеет для них никаких последствий. Безусловное спасение души у исмаилитов возможно только для обладающих сокровенным знанием «илм», как и через обладание «гносисом» у манихеев. «Сокрытый имам» исмаилитов был во многом подобен «неведомому начальнику», нововавилонскому «тайному патриарху» у манихеев — и та, и другая фигуры позволяли лидерам обоих учений при необходимости освящать авторитетом этих персон любые свои действия. Исмаилиты учили, что вечные истины (т.н. хакаик), сокрытые особым образом в «батине», представляют собой «истинное послание», общее для иудаизма, христианства и ислама; точно также и кришнаиты претендуют на универсальность своих "ценностей". Истинность монотеистических религий при этом была якобы завуалирована различными экзотерическими законами, как того требуют, по мнению исмаилитов, меняющиеся обстоятельства времени, что закономерно привело последователей секты к экуменизму. Ранние исмаилиты разработали теорию «вечных истин» в терминах гностической системы мысли, которая представляла эзотерический мир духовной реальности, двумя основными компонентами этой системы были цикличность истории и гностическая космологическая доктрина, они приняли представление о цикличности времени и истории человечества, аналогичное концепции манихейства и теории чередования «юг» в кришнаитской трактовке. Они разработали особую концепцию полуциклического и «полулинеарного» времени: время исмаилиты представляли себе как прогрессию последовательных циклов, или эр («юг» в кришнаитской терминологии). На базе этого эклектичного взгляда на время, отражавшего греческие, иудео-христианские гностические влияния и раннешиитские эсхатологические идеи, они развили наследующее манихейские традиции представление о религиозной истории как об эпохе пророков, признанных в Коране. Аналогично манихеям, исмаилиты верили, что религиозная история человечества прошла через семь пророческих эпох, инаугурированных очередным пророком (т. н. «натик») «глаголящим» божественное экзотерическое послание, содержащее религиозный закон. Подобно манихеям они признавали «натик» первых эпох в истории человечества Адама, Ноя, Авраама, Моисея, Иисуса и Магомеда. По их учению эти «натик» не более чем вербализовали явные аспекты каждого божественного откровения с их ритуалами, заповедями и запретами (отнюдь не имеющими непреходящей природы, то есть временными по самой своей сути, откуда следует необязательность соблюдения их заповедей для «посвещённых»), без объяснения их внутреннего эзотерического значения. Реальную же, эзотерическую суть учения каждого «натик» разъяснял его сокрытый «законный наследник» (т. н. «васи», аналогично Васудева или Вьясадева у кришнаитов, которому они голословно приписывают автороство вообще всех вед), именовавшийся у исмаилитов «молчащим» (т. н. «самит»), или «основой» (т. н. «асас»), который посвящал в эзотерические истины («хакаик»), являющиеся «батином» послания данной эпохи, лишь «элиту», особо доверенных лиц. Каждому из «васи» наследовали «истинное» (например, что «не убий» вовсе не означает однозначного запрета на убийство) толкование заповедей имамы, последний из которых становился «васи» новой эпохи — аналогично тому, как у кришнаитов принято считать, что кришнаитские «господы» от Прабхупады через Чайтанью имеют циклическую традицию восприятия «господнего» авторитета и власти. Непреходящий верховный глава исмалилитов (от имени которого они и получили своё название) Мухаммад бен Исмаил был таким «васи» шестой эпохи (ислама), он ушёл в «сокрытие» как и положено «неведомому патриарху» манихеев. При возвращении из «сокрытия» его миссия сведётся к тому, чтобы в полной мере открыть «верным» скрытые до этого эзотерические истины всех предшествующих эпох. Этим он объединит в своём учении все «настоящие» истины веры, которые будут полностью открыты и освобождены от всякого рода иносказаний и символов, благодаря чему не останется различий между «тайным» и «открытым» учением, формальными заповедями и их духовным смыслом. Он же и ликвидирует существующий материальный мир, поскольку всем откроется настоящий смысл его существования. Для манихейских «совершенных», как и для исмаилитов, «посвящённых» в суть батина и кришнаитских «преданных» официально декларируемые «профанам» принципы их религии отнюдь необязательны для соблюдения: «Человек, обладающий сознанием Кришны, выше материальной двойственности, ибо он готов сделать все, что необходимо для удовлетворения Кришны. … Тот, кто обладает таким сознанием, не ищет покровительства ни людей, ни полубогов. … У того, кто в полной мере обладает сознанием Кришны и, действуя в таком сознании, полностью удовлетворён, не остается никаких обязанностей. Обретая сознание Кришны, человек сразу очищается от всей материальной скверны, тогда как другим людям, чтобы очиститься, нужно совершить многие тысячи жертвоприношений. Очистив таким образом своё сознание, человек в полной мере осознает свою роль в вечных отношениях, связывающих его со Всевышним. Так по милости Господа для него становится очевидным, в чем его долг, и ему больше не обязательно следовать предписаниям Вед.». Заметим, это говорит якобы истинный носитель «ведического знания» и адепт «ведической культуры»!

Для понимания взаимосвязи учения ранних исмаилитов с манихейством существенно свидетельство зайдитов, что исмаилиты в то время поклонялись как богам мужскому и женскому началам творения, полным аналогам «первочеловека» и «матери жизни» у манихеев. В рамках исмаилитской гематрии арабские имена этих начал рассматривались как архетипические символы всех «эпох». Не имеющая ничего общего с ортодоксальным исламом концепция гностической плеромы, так же, как и этапы делегирования через свои эманации верховным божеством полномочий сначала семи, а затем двенадцати сущностям (двенадцать дев манихейства, двенадцать рухани исмаилизма) с «тайными», непознаваемыми именами, были очевидным образом заимствованы исмаилитами у манихеев с минимальной адаптацией к традиции ислама. Отметим, что в сектантском кришнаизме, как и в предшествующем ему идейно чайтанизме, безо всякой адекватной отсылки к ведической традиции поддерживалась система назначения семи или двенадцати лиц для осуществления административных полномочий внутри общины, Прабхупада также слепо следовал этой заповеди. У манихеев в рамках их всемирной церкви в иерархии после «неведомого патриарха» стояли его двенадцать «апостолов» или «учеников», которым подчинялись 72 епископа (72 - сакральное число в герметических учениях, угол в градусах раствора лучей пятилучевой звезды, пентаграммы), ниже которых были 360 пресвитеров, количество всех этих иерархов никогда не менялось, постоянно пополняясь при необходимости путём кооптации, ниже их стояли простые «совершенные» и прочий манихейский клир.

Доктрина же исмаилизма, как и манихейства, и кришнаизма, призвана указать каждому человеку путь, сокращающий духовный разрыв между ним как наименее совершенной эманацией их бога и его первоосновой («божественным светом», вечно противостоящим «тьме» материального мира), и нести ему спасение, которое может быть достигнуто лишь при условии, если он получит сокровенное (эзотерическое) знание о своём происхождении и о причинах своего отдаления от бога. Это знание во всех трёх учениях должно быть передано исключительно авторитетными и полномочными посланниками бога, которым простой человек, таким знанием не обладающий, обязан повиноваться беспрекословно. Надо отметить, что согласно «Бхагавад-гите» без «фильтрующего перевода» Прабхупады третьим по счёту воспреемником учения, считая непосредственно от Кришны, был Ману, то есть Мани, или принявший это имя основатель манихейства Сураик, трактуемый как «духовный первородитель» человечества, его «Ману-самхита» при этом активно используется кришнаитским гуру. Аналогично тому, как манихейские проповедники в своё время вербовали в свои ряды христиан, объясняя им, что Мани якобы был для них «параклетом» или «утешителем» (термин из греческих текстов Нового Завета, именование Святого Духа как одной из ипостасей Троицы в особых случаях), а буддистам — что Мани на самом деле воплощение Будды Света Шакьямуни; кришнаиты именуют Чайтаньи не только «господом», но и «спасителем» для «эпохи Кали».

В последнюю сотню лет лидеры исмаилизма взяли курс на создание позитивного образа своей секты в общественном сознании, не отказываясь при этом от фундаментальных принципов своего учения. Подобно сектантам-кришнаитам, они по возможности открещиваются от наиболее одиозных и преступных поступков своих адептов прошлого и стараются представить себя как одно из исторических и вполне признанных течений в исламе, якобы особую разновидность шиизма (хотя сами шииты их единоверцами не считают так же, как не считают западных кришнаитов своими единоверцами индийские вайшнавы; исмаилизм рассматривается как «илхад» — «отклонение» или попросту ересь, созданное «еврейскими магами», замаскировавшимися под мусульман, и нацеленное на подрыв ислама изнутри). Так же подобно кришнаитским сектантам одним из основных инструментов их в процессе создания «паблисити» является активная показная благотворительность.

Гонимые повсюду в исламском мире как сектанты, подрывающие устои веры, многие исмаилиты в своё время переселились в Индию, но и туда затем пришли исламские правители — моголы. Бенгальские исмаилиты волею судеб оказались в зоне активных межэтнических контактов на границе ареалов распространения ислама и классического индуизма. Используя традиционную для исмаилизма практику сокрытия веры, бенгальские исмаилиты мимикрировали под индуистов, поскольку открытый исмаилизм периодически преследовался даже в традиционно веротерпимой Индии, и уж тем более среди мусульман. Вероятно, именно это послужило причиной формирования идеологии чайтанизма — недавние исмаилиты, в большинстве притворно принявшие индуизм, объективно не могли рассчитывать на беспроблемное вхождение в кастовую систему индуизма, и им нужно было идеологическое обоснование для неприятия ими чужеродной для них ведической традиции. Идеальным средством для решения этих задач и была доктрина чайтанизма, отрицавшая значение каст и почитание традиции вед, выше которых ставился индивидуальный прямой контакт с «сознанием Кришны» и непререкаемая власть духовных наставников. Эта власть у современных сектантов-кришнаитов является прямой наследницей абсолютной авторитарной власти имамов и пиров исмаилизма (в индуизме и буддизме гуру напротив, всегда признают своё духовное несовершенство, из чего вытекает и безусловный отказ от претензий на любую власть над учениками и последователями). Согласно же вполне официальным заявлениям современных кришнаитов «предаться гуру[здесь - кришнаитскому «наставнику»] и предаться Кришне - это одно и то же...», «Мы должны отдавать духовному учителю все, что у нас есть и быть при этом очень смиренными...» «...если мы разрываем связь с духовным учителем, то теряем и связь с Кришной...» «...ученик должен хотеть только одного - удовлетворить духовного учителя...». Абсолютно аналогично исмаилитские имамы считались носителями божественной сущности, что было полной ересью в глазах обычных мусульман, ибо вступало в прямое противоречие с их символом веры, но для исмаилитов подчинение «имаму времени» (в том числе и в лице его «законных представителей» - пиров, играющих роль духовных учителей) является абсолютной обязанностью каждого верующего.

Отказ чайтанитов от признания принципа наследуемости кастовой принадлежности и подмена системы каст упрощённой системой варн, к любой из которых человек мог быть отнесён произвольно по решению «духовных учителей», также соответствовала исмаилитской практике и разрешала проблему исмаилитских «новых индуистов», не принадлежавших по праву рождения ни к одной из каст в силу вполне очевидных причин, но и не желавших образовывать новую касту, как это произошло ранее с абхирами, или стоять вне каст, как вришни. Им необходимы были идеологические обоснования для причисления своих духовных лидеров к господствующим кастам, это обеспечивала чайтанистская практика посвящения в брахманы вообще любого, кого сочтут достойным «преданные» очередного «господа».

Передача исмаилитского «батина» и постоянно обновляемых хадисов имамов полностью эквивалентна кришнаитской сектантской практике парампара: как исмаилиты считают хадисы очередного имама исходящими от Аллаха по прямой цепи божественного наследования, также и кришнаиты обязаны воспринимать комментарии Прабхупады как равноценные наставлениям самого Кришны, поскольку он якобы является последним звеном парампары от Кришны через Чайтаньи. В то же время и основатель манихейства утверждал, что «Учение мудрости и добрых дел приносилось в мир время от времени, в непрерывной последовательности, через посланников Божиих. Так, в один круг времени пришло это истинное учение через посланного, называемого Буддою, в земле индийской; в другое время через Заратуштра – в стране персидской; еще в другое – через Иисуса, в краях западных. После того сошло на землю это нынешнее откровение… через меня, Мани, посланника истинного Бога, в стране вавилонской» абсолютно аналогично тому, как Прабхупада декларировал своё прямое преемство от Кришны через Брахму, Вьясадеву и Чайтаньи. Но, само собой, «Понять все это можно только в общении с авторитетными наставниками, обладающими сознанием Кришны, которые способны посвятить нас в тайны деятельности. Получить это знание от них - все равно что получить его от Самого Господа».

Надо отметить, что, подобно раннему манихейству и идейно наследовавшему ему исмаилизму, организации чайтанистов ещё до Прабхупады делились чётко на проживавших в миру последователей (аналог «слушающих» в манихействе) и соблюдающих все предписания учения членов храмовых общин (аналог «избранных»), возглавляемых гуру (аналог «совершенных»), последние две категории зачастую жили при этом за счёт первых, для которых поддержание их безбедного существования вменялось в религиозную обязанность.

Манихеи для обеспечения безбедного существования своих «совершенных», у которых ведение праздного образа жизни было обязательным для соблюдения «чистоты» (катаризма или кафаризма, отсюда «катары» - название их европейских последователей), ввели практику обязательных поборов в их пользу с рядовых членов общины - «слушающих», аналогично этому каждый исмаилит в любой стране обязан отдавать своим духовным лидерам значительную долю своих доходов (т. н. «хумс», изначально деньги собирались «на Махди») и точно так же кришнаит должен отдавать большую часть дохода (в идеале — всё заработанное) своему гуру: «Семейные люди должны зарабатывать на жизнь честным трудом и половину своего дохода отдавать на распространение сознания Кришны по всему миру...Отдавать деньги нужно только на проповедь сознания Кришны по всему миру».

Кришнаитский Брахма, играющий в концепции роль бога-демиурга, имеет четыре лица, аналогично «Отцу Величия», Мегефосу манихеев, имеющему поэтому прозвище Тетрапросопон. Посвящённым разъяснялось, что наличие четырёх лиц следовало понимать фигурально, как символ четырёх его главных проявлений, эманаций. Каноническая для кришнаитов демонстрация Кришной Арждуне своей формы Вишварупы по обстоятельствам и даже описанию её вида практически совпадает с демонстрацией манихейским «Иисусом» Адаму своего естества - «смешанного со всем, что только существует, и во всём этом погрязшего, окутанного смрадом Тьмы».

Переселение душ в процессе духовного совершенствования одинаково свойственно и манихейской и кришнаитской доктрине: душа в зависимости от степени своего совершенства (определяемой успехами в соблюдении установок доктрины) получает лучшие или худшие тела «для проживания», а в идеале должна разорвать цепь перерождений, и, избавившись от уз бренного материального мира со всем его злом, развоплотиться в единстве с верховным божеством. Как и у манихеев, у современных сектантов-кришнаитов материальное тело считается обузой для души, снарядом для причинения ей страданий со стороны материи, являющейся воплощением зла, однако избавление от этой обузы через самоубийство (самый простой, на первый взгляд, выход) и там, и там не приводит к освобождению души, поскольку неизбежно влечёт перерождение в новом теле. И только последовательное умерщвление собственной плоти в сочетании с доскональным соблюдением всех требований «полномочных представителей бога» в будущем, возможно (если нигде не оплошать!) может привести к желанному развоплощению и прекращению цепи страданий в материальном мире.

Важную роль в деле освобождения души от пут материального тела через умерщвление плоти у манихеев играла система «трёх печатей», предполагавшая
- полный отказ от мясной пищи и яиц, потребления алкогольных напитков и иных абстрактно «одурманивающих» веществ, и
- формальный запрет на брань и порицание кого бы то ни было,
- отказ от материальных благ, недеяние и созерцание,
- воздержание от брака и деторождения.
Соблюдение «печатей» было безусловно обязательным для «совершенных», широко распространялось среди «избранных», и поощрялось среди «слушающих». В кришнаизме практически полностью воспроизводится вся эта система с той лишь разницей, что не приветствуются сексуальные контакты вообще, а деторождение для рядовых членов секты номинально не ограничивается, но обставляется такими условиями, что их доскональное соблюдение делает его явлением почти исключительным. Отметим, что «третья печать», предполагавшая для манихеев запрет на создание семьи и отказ от деторождения, не предполагала отказа от сексуальных отношений, более того, становясь «избранными», женщины узнавали, что эзотерическим символом системы «трёх печатей» для них является обязательное совокупление с «совершенными» что называется «во все три отверстия» одновременно; активные оргиастические практики при этом считались вполне продуктивными в деле изнурения плоти, а необходимость избегать брака и наступления беременности неизбежно приводила к широкому распространению того, что принято называть блудом и сексуальными извращениями, в том числе и педофилии — партнёрша, не достигшая половой зрелости, не могла забеременеть, а в результате частых половых сношений с взрослыми партнёрами обычно вообще утрачивала затем способность к нормальному деторождению (вспомним тут педофильские скандалы, преследующие кришнаитов с первых лет существования секты, а также «ведические сексуальные практики» и обязанность «предаваться учителю как самому Кришне»). Не удивительно, что в манихействе по этой же причине широкое распространение получил гомосексуализм, а в «ведической» практике кришнаитов принадлежность к «третьему полу» приветствуется на том основании, что «для них[гомосексуалистов] отказ от обычных благ семейной жизни не представляется таким сложным, как для людей первого и второго пола, и потому им значительно легче совершенствоваться в самоосознании»; однополый брак в силу этого в кришнаизме рассматривается как гораздо менее греховное дело, нежели нарушение сексуальных ограничений секты (например, совокупление даже с законным супругом, но без цели деторождения или даже с таковой, но без соблюдения при этом кришнаитского ритуала). И действительно, ведь гомосексуальная пара в принципе не может нарушить заветы секты касательно деторождения! И одновременно, согласно заветным кришнаитским писаниям, «С тех пор как мой ум погрузился в служение лотосным стопам Господа Кришны, я испытываю все возрастающую духовную радость, и при одной мысли о близости с женщиной моё лицо искажается в отвращении и я сплёвываю». Занятно в связи с этим, что в чайтанизме некоторые из прошлых лидеров движения мужского пола (а лидеров женского пола тм не может быть в принципе) рассматриваются как очередные воплощения гопи-пастушек, являвшихся плотскими любовницами земного воплощения Кришны; при этом сам Чайтаньи заповедал своим последователям всячески избегать любых контактов с женщинами (не говоря уже об обзаведении потомством!), а согласно писаниям его последователей «взаимный обмен наслаждением между Верховным Бхагаваном[Кришной] и Его освобожденными преданными является характеристикой высшей формы духовных отношений...Эти отношения не осквернены плотской похотью и даже не могут быть поняты человеком». Оказывается, в соответствии с теми же писаниями, что когда обычные люди, не «просветлённые» в должной мере кришнаитским учением, «...пытаются понять любовные игры Бхагавана Кришны, у них возникает искаженный образ Бхагавана как мирского “бога любви”». Как говорится, ни убавить, ни прибавить, sapienti sat... Женщина же в кришнаизме рассматривается как «существо с низким интеллектом», «не обладающее большим разумом», «...женщине нельзя давать свободу... В настоящее время демоны пренебрегают этими принципами» (под «демонами» тут, как это принято в текстах Прабхупады, понимаются вообще все не-кришнаиты). «Женщинам доверять нельзя ни при каких обстоятельствах», поскольку согласно писаниям кришнаитского Ману «они – воплощенная ложь», согласно Прабхупаде «...женщина является воплощением майи, и тот, кто общается с этой майей, принимая от неё служение, должен знать, что идет по прямой дороге к смерти, как человек, на пути которого попался заброшенный и заросший травой колодец...», а «Привязанность к семье до самого конца жизни - это самая последняя степень деградации человека», «...женщина – это врата ада...», «...ясно сказано, что женщина - это прямая дорога к смерти...» и т.п.. Эти тезисы прямо коррелируют с манихейской доктриной, согласно которой женщина рассматривается не более чем потенциальный биологический агрегат для производства ещё одного «порождения тьмы» — материального тела, которое будет служить источником страданий для очередной светлой божественной искры души.

Также большая роль в кришнаизме отводится регулярному «обузданию плоти» через посты, в идеале сухие, хотя допускается и просто дополнительное ограничение меню. Такие посты настоящий кришнаит должен соблюдать не реже двух раз в месяц, в определённые дни лунного календаря, и им в секте придаются совершенно чудесные свойства: всего один такой пост может освободить (в совокупности с надлежащим покаянием) даже от ответственности за убийство «брахмана», не говоря уже об убийстве обычного человека: «...и тот, кто слышал хотя бы одно предложение, повествующее о величии экадаши, свободен от последствий даже таких грехов, как убийство брахмана...», «...следующий священному экадаши и в светлую и в темную половину каждого месяца, несомненно освобождается от греховных реакций, даже таких, как убийство брахмана...», «Нет лучшего экадаши, чем Камада-экадаши. Он может устранить даже грех убийства брахмана...». И напротив, «С каждым проглатываемым куском зерновых[даже зерновых!], съеденным жителем одной из земных планет в Экадаши, обретается эффект убийства миллионов брахманов...». Понятно, что такая концепция поста не имеет, вопреки всем утверждениям сектантов, ничего общего со значением поста в христианской традиции — идеалом провозглашается вообще отказ от «грубой», материальной пищи и полный переход на питание «тонкой»; в манихействе ограничениям в питании также предавалось особое значение, они составляли, наряду с молитвами и оргиастическими практиками для посвящённых, основной осязаемый смысл культа: даже простые «слушатели» были обязаны поститься не реже четырёх-пяти раз в месяц при том, что и обычное ежедневное их питание, исключавшее мясные продукты, рыбу и "одурманивающие", соответствовало строгому посту у христиан. Характерно в связи с этим, что в средневековом Китае манихеев называли общим термином «чицай-шимо», что буквально означало «едящие только постное и почитающие демонов».

Фактически в современном кришнаизме, как и в манихействе, благим делом признаётся борьба с самой биологической природой человека как живого существа, что кажется сектантам вполне закономерным, поскольку служит делу освобождения их души от «низменных потребностей тела». При этом кришнаиты в своём усердии иногда стараются небезуспешно превзойти изуверские секты иных направлений: резкое обеднение структуры питания без надлежащего замещения зачастую не лучшим образом отражается (вопреки заверениям гуру секты) на физическом, да и духовном здоровье адептов, особенно детей, больных и пожилых людей, а слепое стремление к неукоснительному соблюдению постов создаёт реальную угрозу не только здоровью, но и жизни людей в тех случаях, когда сектанты управляют в своей повседневной деятельности сложными машинами или механизмами, а также тогда, когда такое соблюдение исключает приём необходимых человеку лекарств. Заметим, что в исламе для таких случаев принимаются специальные меры по смягчению постов, а в православии прямо «пост разрешается» для тех, кто «в пути и на брани», а также для «болящих». «Благотворное» сексуальное воздержание сектантов на деле приводит (против природы человеческого организма очень сложно бороться!) к расшатыванию психики, не говоря уже об утрате гармонии в «традиционных» семейных отношениях в их обычном, не сектантском, понимании.

Космология кришнаитов, судя по всему, непосредственно восходит к манихейской традиции, минуя даже исмаилитский субстрат, там же берёт свои корни и их астрология. К примеру, у кришнаитов Солнце и Луна относятся к высшим «райским планетам», куда отправляются души достойнейших «преданных» на пути развоплощения из материального мира, и точно так же в манихействе души наиболее достойных отлетают на Луну, откуда по готовности «переезжают» на Солнце, а затем — к абстрактному «всевышнему свету».

В манихействе предусматривалось три варианта загробной судьбы душ: для «избранных» (и «совершенных»), для «слушателей» и всех остальных (неманихеев) соответственно. У первых после смерти душу принимает манихейский «Иисус», даёт покойному сосуд с водой, ризы, тюрбан, венец и ожерелье из света, после чего душа вознесётся на Луну, затем к «Первочеловеку» - к Солнцу, к «Матери Жизни», и, наконец, сольётся с «всевышним светом». Судьба душ «слушателей» в перспективе такая же, но им может предстоять ещё несколько перерождений на Земле до достижения состояния «совершенных», или может потребоваться пройти чистилище, прежде чем они «сольются со Светом», а души неманихеев обречены скитаться в страданиях перерождений среди демонов до конца времён, и тогда их, и тело, и душу, уже окончательно низвергнут в ад. Исмаилитская доктрина также предполагала автоматическое спасение душ только «посвящённых», «людей единства» (т.н.«ахл-и вахдат»), само собой - высшей элиты, познавшей имама в его подлинной духовной ипостаси, они достиганут царства истинной реальности «хакика» в значении «батин», сокрытом за обычным «батин», где постигнут полную, а не частичную истину, лишь им суждено воскреснуть и продолжить духовное существование в эпоху «кийама», и поэтому только они обретут полное, вечное спасение в виде рая, сотворённого для них уже в этом мире. Вторую категорию составляли обычные исмаилиты, «люди градации» (т. н. «ахл-и тараттуб»), расширившие понимание писания от буквального до «внутреннего» смысла, но получившие доступ лишь к частичной истине, поскольку всё же не до конца постигли «батин», как следствие, они могли обрести лишь частичное спасение. Все же прочие — «люди противостояния» (т. н. «ахл-и тададд») — все, кто находился вне общины исмаилитов, существовали только в царстве видимого («захир»), в духовном же смысле они не существовали (поэтому, кстати, и убийство их не могло считаться убийством) и спасения им не предполагалось. Аналогично и у современных кришнаитов, души «преданных» имеют все шансы «отъехать» лично к Кришне прямиком или через перерождения на «райских планетах» (Луне и Солнце), «недостаточно преданные» обречены на цепь перерождений на планетах «земного» класса (но имеют в целом неплохие шансы в перспективе попасть к Кришне), а все некришнаиты - «...демоны являются самыми отвратительными существами на свете… Они идут прямиком в ад...Господь называет их ... лишенными разума», единственный их удел это вечные страдания перерождений в материальных телах на планетах «земного», а то и «адского» класса, причём тело в следующей жизни им запросто может достаться и вовсе не человеческое, в зависимости от степени их «отдалённости от сознания Кришны».

Согласно Прабхупаде, «преданное служение» освобождает его последователей от необходимости соблюдения моральных и юридических норм общества, ибо «...насилие, совершаемое в соответствии с принципами религии, намного выше так называемого "ненасилия"...» - аналогично и в исмаилизме преступление, совершённое по указанию пира (и даже просто человеком, исполняющим такое указание, пусть и не требующее для исполнения непосредственно совершения преступления) или во исполнение хадисов, не должно быть наказуемо и порицаемо: «...действия, выполненные в сознании Кришны, под Его руководством изнутри, не влекут за собой последствий ни в этой жизни, ни в жизни после смерти...», «...достигшие совершенного сознания Кришны в конечном итоге не ответственны за свои действия. Все зависит от высшей воли…». При декларируемом запрете на убийство любых живых существ как в манихействе, так и в кришнаизме, «избранные» одних и «преданные» других на самом деле имеют право безнаказанно убивать кого угодно, поскольку «...кто не руководствуется ложным эго и чей разум свободен, тот, даже убивая людей в этом мире, не убивает, и поступки его не имеют для него последствий...», и «...любой человек, действующий в сознании Кришны… даже убивая, не совершает убийства, как и не затрагивается он последствиями такого поступка...». В манихействе правомерность и даже желательность человекоубийства объяснялась тем, что этот акт служит благому делу — высвобождению ещё одной души, частички света от бремени тёмного, погрязшего во грехе материального тела, порождения вселенского зла. Окружающий мир и манихеев, и кришнаитов строго дуален, но «Человек, обладающий сознанием Кришны, выше материальной двойственности, ибо он готов сделать все, что необходимо для удовлетворения Кришны». При этом доктринальное оборотничество смыслов, когда на очередном уровне «посвящения» для адепта веры вдруг открывается, что многое следует понимать с точностью до наоборот, а законы, обязательные для «профанов», не имеют для «посвящённых» никакой силы, - это оборотничество являлось ключевым принципом манихейства (строгое воздержание рядовых верующих и разнузданные оргии «совершенных») и средневекового исмаилизма (разрешение «шиитам» не соблюдать заповеди Корана и шариат), оно же является ключевым и в современном кришнаизме, когда прямо утверждается, что достигшим «сознания Кришны» вообще нет необходимости следовать предписаниям вед, а человек, называющий Капилу «господом» в одной своей книге, в другой тут же пишет «...атеистическая санкхья не имеет ничего общего с бхакти-йогой, и тем не менее глупцы заявляют, будто в "Бхагавад-гите" речь идет о санкхья-йоге атеиста Капилы...». Одновременно «...тот, кто дал обет отречения от мира, должен придерживаться очень строгих правил. Однако демоны не обращают на них никакого внимания...» и «У того, кто в полной мере обладает сознанием Кришны и, действуя в таком сознании, полностью удовлетворён, не остается никаких обязанностей...по милости Господа для него становится очевидным, в чем его долг, и ему больше не обязательно следовать предписаниям Вед». То есть либо те, кто «в сознании» - демоны (как, кстати, и считали в отношении манихеев средневековые китайцы...), либо «строгие правила вед», о которых не устают вещать кришнаитские проповедники — это на самом деле совсем не те правила, которые они считают обязательными для себя.

Фундаментальная асоциальность, являвшаяся базовым принципом манихейской этики (и закономерно вызывавшая рано или поздно кровавые преследования манихеев со стороны властей везде, даже в веротерпимом Китае), в полной мере присуща и современному сектантскому кришнаизму, ибо «подобно Самому Кришне, человек, обладающий сознанием Кришны, стоит выше всех сословий и социальных групп, будь то нации, общины или расы». Таким образом, согласно утверждениям «священных» писаний самих кришнаитов, «преданный», находящийся «в сознании» оказывается буквально богоподобен, он, аналогично юберменшу Ницше, оказывается «по ту сторону добра и зла». Из этого закономерно вытекает обязательность для настоящего кришнаита признания божественности его «гуру», о Христосе сам Прабхупада заявлял: «Он - наш гуру. Он проповедует сознание Бога...», таким образом кришнаитские проповедники открыто претендуют на то, чтобы их, начиная с Прабхупады, последователи почитали равными Иисусу Христу, а «...тот, кто считает духовного учителя обыкновенным человеком, имеет адский образ мыслей». Фактически современный кришнаизм, как и манихейство в прошлые века, является не более чем идеологическим прибежищем для поведения во многом подозрительно схожего с проявлениями клинической социопатии (т.н. антисоциальной психопатии); первопричина кровавых похождений манихеев от Атлантики до Жёлтого моря и криминальных выходок кришнаитских гуру возможно имеет общую природу - это, если называть вещи своими именами, обыкновенная девиантность, аспект скорее биологический, чем религиозный.

Для понимания сути любой идеологии достаточно воспользоваться библейским принципом - «по плодам их узнаете их» - и попытаться представить, что произойдёт в случае беспрепятственной и полной реализации всех установок той или иной доктрины. Например, реализация идеала гомосексуалистов приведёт к вымиранию человечества в первом же поколении, поскольку попросту полностью прекратится естественное воспроизводство. Реализация же кришнаитских идеалов первоначально приведёт к вымиранию от голода и деградации многих народов — например северных и кочевых, объективно не имеющих возможности питаться исключительно «правильной» с точки зрения кришнаитов пищей (в своё время попытка реализации па практике манихейского идеала хозяйствования всего в одном регионе привела к вполне реальной экологической катастрофе), а уцелевшие представители других народов должны будут добровольно умерщвлять свою грешную плоть и трудиться в беспрекословном подчинении у кришнаитских «гуру» только для того, чтобы оставить в результате Землю совершенно безлюдной, развоплотившись в конце концов путём слияния с «сознанием Кришны» - и ведь действительно, их верховный бог «пришёл сюда, чтобы уничтожить всех людей», так что удивляться нечему.

Таким образом, по сути и содержанию современный сектантский кришнаизм можно вполне обоснованно рассматривать просто как манихейство в специфической индуистской, якобы «ведической» обёртке, от наличия которой суть и практика религии совершенно не меняются: это не более чем очередная, уже сложно сказать какая по счёту, реинкарнация древней манихейской традиции на новой почве. Желающим возразить, что очевидные параллели обусловлены исключительно общеизвестными заимствованиями манихеев из раннего буддизма и индуизма, можно ответить, что речь идёт не о ситуативных заимствованиях, а о самих основах, об истинном символе веры культа и его практике. А в этом отношении современный нам кришнаизм по сути ничем не отличается от ортодоксального манихейства. Смена же «вывесок» является одной из неотъемлемых частей манихейской доктрины. Идеология манихейства в основах своих неизменна и вечна, поскольку определяется специфическим восприятием природы человека и материального мира определённой частью людей и не зависит от географического региона, эпохи и господствующего строя.


Список литературы


1. Адираджа дас. Ведическое кулинарное искусство. М., 1993.
2. Алексанян А.Г. Манихейство в Китае (опыт историко-философского исследования). М., 2008
3. Балагушкин Е. Г. Критика идеологии и практики современного кришнаизма. Серия «Научный атеизм», № 10/84, «Знание», М., 1984.
4. Баркер Айлин. Новые религиозные движения: практическое введение. Издательство РХГИ, СПб., 1997.
5. Барт А. Религии Индии. М., 1897.
6. Бхагавадгита. Л., 1986.
7. Бхакти - религия любви. М., 1995.
8. Бхакти Викаша Свами. Брахмачарья в сознании Кришны. Йамуна Пресс Компани, 1993.
9. Бхактиведанта Свами Прабхупада. Жизнь происходит из жизни. М., 1991.
10. Бхактиведанта Свами Прабхупада. Иисус любит Кришну. Лос-Анджелес.
11. Бхактиведанта Свами Прабхупада. Источник вечного наслаждения. Краткое изложение Песни десятой «Шримад-Бхагаватам». М., 1989.
12. Бхактиведанта Свами Прабхупада. Легкое путешествие на другие планеты. М., 1991.
13. Бхактиведанта Свами Прабхупада. Наука самосознания. М., 1991.
14. Бхактиведанта Свами Прабхупада. Нектар преданности. М., 1991.
15. Бхактиведанта Свами Прабхупада. Совершенные вопросы. Совершенные ответы. Л., 1991.
16. Бхактиведанта Свами Прабхупада. Совершенство йоги. М., 1993.
17. Бхактиведанта Свами Прабхупада. Учение Господа Капилы. М., 1993.
18. Бхактиведанта Свами Прабхупада. Учение Шри Чайтаньи. М., 1989.
19. Виденгрен Гео. Мани и манихейство. СПб., «Евразия», 2001.
20. Григорьева Л.И. Нетрадиционные религии в современной России. М., 1994.
21. Гусева Н.Р. Индуизм. М., 1977.
22. Дафтари Фархад. Краткая история исмаилизма. Традиции мусульманской общины. «АСТ», «Ладомир», 2004.
23. Духовная культура Китая: энциклопедия: в 5 т. / Гл. ред. М.Л.Титаренко; Институт Дальнего Востока. - М.: «Восточная литература», 2006 – . Т. 2.
24. Индуизм. Джайнизм. Сикхизм. М., 1996.
25. Кефалайа («Главы»): коптский манихейский трактат. Пер. с копт. Е.Б.Смагиной. — М., «Восточная литература», 1998.
26. Копысов Д.Ю. Сущность и специфика нетрадиционных религий. М., 1995.
27. Косамби А.Д. Культура и цивилизация Древней Индии. М., 1968.
28. Легенды о Кришне. М., 1996.
29. Лосев А.Ф. Очерки античного символизма и мифологии. М., 1993.
30. Макдауэлл Джош, Стюарт Дон. Обманщики. М., «Протестант», 1993.
31. Манихейские рукописи из Восточного Туркестана. Среднеперсидские и парфянские фрагменты. Пер. О. Чунакова. — М., «Восточная литература», 2011.
32. Мартин Уолтер. Царство культов. СПб., «Логос», 1992.
33. Махабхарата. Адипарва. Книга 1-я, М.-Л., 1950.
34. Песни ачарьев-вайшнавов. М., 1993.
35. Порублёв Н.В. Культы и мировые религии. М., «Благовестник», 1994.
36. Радхакришан С. Индийская философия. 2 тт. М., 1956-1958.
37. Религии мира. М., 1986.
38. Религиозные объединения Российской Федерции. М., 1996.
39. Сатсварупа дас Госвами. Вступление в молитвенную жизнь. Иваново, 1992.
40. Сатсварупа дас Госвами. Очерки ведической литературы. М..
41. Сатсварупа дас Госвами. Прабхупада. СПб., 1993.
42. Серебряков И.Д. Очерки древнеиндийской литературы. М., 1971.
43. Смагина Е.Б. Манихейство: По ранним источникам. — М., «Восточная литература», 2011.
44. Ткачева, А.А. Индуистские мистические организации и диалог культур. /под ред. А.А.Рыбакова. М., «Наука», «Восточная литература», 1989 .
45. Ткачёва А.А. «Новые религии» Востока. М., «Наука», главная редакция восточной литературы, 1991.
46. Фаликов Б.З. Лютер и Чайтанья: демократизация кришнаизма на Западе. // Континент, 1996, № 3.
47. Фаликов Б.З. Неоиндуизм и западная культура. М., 1994.
48. Хосроев, А.Л. История манихейства. Prolegomena. — СПб., Филфак СПбГУ, 2007.
49. Шрила Рупа Госвами. Нектар наставлений. М., 1991.
50. Шрила Харикеша Свами. Культура, неподвластная времени. М..
51. Шримад-Бхагаватам. М., 1989.